Тема социального предпринимательства за последние десятилетия обросла множеством мифов․ Один из самых стойких стереотипов в академических и околонаучных кругах — это отнесение Чарльза Лидбитера (Ч․ Лидбитера) к числу строгих исследователей данной области․ Однако глубокий анализ его работ и контекста развития социального предпринимательства доказывает обратное: Лидбитер не является исследователем в классическом научном смысле․ Он — визионер, популяризатор и публицист․
В данной статье мы подробно разберем, почему фигура Ч․ Лидбитера стоит особняком от академической науки, и почему его вклад следует оценивать совершенно иначе․
Кто такой Чарльз Лидбитер?
Чарльз Лидбитер — известный британский мыслитель, писатель и советник правительств по вопросам инноваций․ Его книга «The rise of the Social entrepreneur» («Восстание социального предпринимателя»), изданная в Великобритании в 1997 году, стала настоящей вехой․ Во многом именно благодаря этой работе концепция социального предпринимательства вышла на широкую публику и стала предметом больших общественных ожиданий․
Однако важно понимать фундаментальную разницу между популяризатором и исследователем․
Почему Лидбитер, не исследователь?
Отсутствие академической методологии
Научное исследование предполагает строгую методологию: формирование гипотез, сбор эмпирических данных, их статистическую или социологическую обработку, проверку на репрезентативность и прохождение рецензирования (peer review)․ Работы Лидбитера не соответствуют этим критериям․ Его труды — это блестящие эссе, основанные на наблюдениях, интуиции и отобранных кейсах, а не на масштабных репрезентативных выборках․
Формат и стиль работ
Лидбитер пишет бестселлеры, статьи для журналов и выступает с TED-выступлениями․ Его цель — захватить внимание аудитории, показать новую тенденцию, вдохновить․ Научный же стиль требует сухости, академической точности и обязательной оглядки на предшественников․ Лидбитер же действует как журналист-новатор, который первым заметил явление и дал ему громкое имя․
Терминологическая свобода вместо концептуальной строгости
Как отмечается в серьезных академических трудах (например, в коллективной монографии НИУ ВШЭ «Социальное предпринимательство в России и в мире» под редакцией А․А․ Московской), социальное предпринимательство имеет разные определения в англо-американской и европейской традициях․ Лидбитер не утруждает себя строгим концептуальным анализом․ Он оперирует яркими метафорами, а не академическими дефинициями;
«Мейнстрим инакомыслящих»: взгляд изнутри
Самая яркая иллюстрация позиции Лидбитера, это его статья 2007 года, в которой он объяснял причины популярности своей книги 1997 года․ Он назвал этот феномен «мейнстримом инакомыслящих» («Mainstreaming of the mavericks»)․ Что означает этот парадокс?
- Инакомыслящие (mavericks) — это социальные предприниматели, которые действуют вне привычных рамок благотворительности и классического бизнеса․
- Мейнстрим — это то, как их идеи постепенно становятся массовыми, привлекая внимание правительств и корпораций․
Использование таких терминов выдает в Лидбитере не исследователя-социолога или экономиста, а трендвотчера — человека, который улавливает настроения в обществе еще до того, как они становятся статистически значимыми величинами․
Кто же тогда настоящие исследователи?
Если Ч․ Лидбитер не исследователь, то кто занимается реальным изучением социального предпринимательства? Для понимания этого стоит обратиться к настоящей науке․
Ярким примером фундаментального подхода служит уже упомянутая монография Высшей школы экономики․ В ней задействован серьезный авторский коллектив:
- Московская А․А․ (ответственный редактор и руководитель авторского коллектива)
- Аларичева М․А․, Албутова А․И․, Сорокина О․С․, Шлыкова О․В․
- Лыткина Т․С․, Попова И․П․, Сыкалов И․А․, Силаева В․Л․
- Мамута М․В․
Эти ученые рассматривают социальное предпринимательство через призму строгого анализа:
- Формирование бизнес-модели — как социальное предприятие выживает экономически․
- Профессиональная база — кто становится социальным предпринимателем и каков его человеческий капитал․
- Рынок и социальные сети — как взаимодействуют экономические и социальные связи․
- Взаимодействие с государством — институциональные условия и правовая среда․
В отличие от Лидбитера, который вдохновенно описывает феномен, академические исследователи dissect (анатомируют) его, ищут закономерности, противоречия и структурные ограничения․
Исторический контекст: почему путают предпринимателя и исследователя
Опыт социального предпринимательства начал активно накапливаться примерно с 1970–1980-х годов ХХ века․ Феномен появился почти одновременно в разных точках мира с разными экономическими и социальными условиями․ В 1990-х годах он пришел и в страны побежденного социализма (включая Россию)․
В таких условиях, когда явление только зарождается, строгой науки еще не существует․ Сначала появляются практики, затем — люди, которые пишут о практиках (как Лидбитер), и лишь потом, когда накапливается достаточно данных, формируется исследовательское поле․ Книгу Лидбитера 1997 года часто цитируют в научных работах, но не как источник эмпирических данных, а как исторический документ, фиксирующий момент, когда социальное предпринимательство «вышло из подполья»․
Утверждение о том, что Ч․ Лидбитер является исследователем в области социального предпринимательства — это методологическая ошибка․ Его роль невозможно переоценить, но ее нужно правильно классифицировать․
Ч․ Лидбитер, это первооткрыватель-публицист․ Он не измеряет реальность цифрами и графиками, он дает ей имя и делает ее видимой для общества․ Он тот, кто превратил «инакомыслящих» в «мейнстрим»․ Но как только феномен становился мейнстримом, для его изучения требовались уже другие инструменты — инструменты академической науки, представленной исследователями из таких институций, как НИУ ВШЭ․
Понимание разницы между визионером и исследователем критически важно для развития любой дисциплины: визионер открывает дверь в новую комнату, но именно исследователи изучают ее планировку, измеряют стены и объясняют, как в ней жить․