История мобилизованного Андрея Кульнева: Беспредел в части

Бесплатная консультация юриста

+7 (800) -02-87-29

Реклама jurik.ru

Ситуация вокруг воинских частей, задействованных в зоне Специальной военной операции (СВО), остается крайне напряженной. Одной из самых острых тем становится взаимодействие военнослужащих с командованием и правоохранительными органами. В частности, вопросы и обращения в Следственный комитет по военным вч 01591 часто связаны с нарушениями прав бойцов, незаконными действиями командиров и препятствованием оказанию медицинской помощи. В этой статье мы подробно разберем, с какими проблемами сталкиваются мобилизованные, как эти проблемы отражаются на их статусе и какие шаги можно предпринять для защиты своих прав.

Ярким и трагичным примером того, с чем сталкиваются бойцы, является история мобилизованного в 2022 году Андрея Александровича Кульнева. Его случай, не единичный, он обнажает системные проблемы, с которыми вынуждены бороться военнослужащие, и объясняет, почему они вынуждены обращаться в Следственный комитет и Администрацию Президента.

Суть проблемы

Андрей Кульнев получил ранение и проходил лечение в больнице города Горловка. Однако после выписки, не завершив полный курс лечения и нуждаясь в срочном оперативном вмешательстве для извлечения осколка в тазобедренной области, он был насильно забран обратно в часть. Вместо медицинской помощи его поместили в подвал вместе с другими бойцами.

Комбат пообещал дать приказ для прохождения Военно-врачебной комиссии (ВВК), но на практике процесс заблокирован:

  • Проблема с МРТ: Для прохождения обследования необходимо сделать МРТ, но при наличии металлического осколка в теле эта процедура категорически запрещена.
  • Утрата доступа к документам: Справки и выписки из прошлого обследования хранятся в телефоне бойца, однако телефон у него незаконно изъяли.

Конфискация телефона и финансовая блокада

Изъятие телефона у военнослужащего — это не просто лишение связи с родными. В случае с Андреем Кульневым неизвестный человек, даже не представившись, в присутствии командира с позывным «Урал» обыскал все вещи и потребовал пароль от телефона. В личном кабинете на смартфоне приходит заработная плата бойца.

Последствия этого беспредела колоссальны:

  1. Боец лишен доступа к своим медицинским документам, что делает невозможным дальнейшее лечение и прохождение ВВК.
  2. Боец остается без средств к существованию, так как командование получило доступ к его зарплатному кабинету.
  3. Боец лишен документов и личных вещей уже на протяжении 3,5 месяцев.

Обращения к замполиту с позывным «Чех» результатов не принесли, ему ответили: «не до тебя сейчас». Сам военнослужащий описывает свое состояние так: «Чувствую себя заключённым или в плену, уже даже не знаю». Именно такие факты становятся основанием для заявлений в Следственный комитет по фактам превышения должных полномочий, кражи и умышленного причинения вреда здоровью.

Роль Следственного комитета

Следственный комитет Российской Федерации — это единственный на данный момент государственный орган, в чью юрисдикцию входит расследование преступлений, совершенных военнослужащими и командирами против своих же подчиненных. Жалобы на беспредел в вч 01591 и аналогичных частях должны содержать:

  • Точное описание факта правонарушения (изъятие телефона, незаконное помещение в подвал, препятствование лечению).
  • Указание на лиц, причастных к нарушению закона (комбат, замполит «Чех», командир «Урал»).
  • Требование о возбуждении уголовного дела по статьям о превышении полномочий, самоуправстве и хищении.

Однако, как показывает практика, даже обращения в СК и Минобороны часто сталкиваются с бюрократическим бездействием или формальными отписками. В таких условиях на помощь приходят независимые каналы информации.

«Солдатская правда», голос тех, кого не слышат

Когда официальные инстанции бездействуют, бойцы и их родственники обращаются к авторским каналам, таким как Telegram-канал «Солдатская правда» (автор — Михаил Полынков). Этот канал стал настоящей платформой для обнародования нарушений на фронте. Канал зарегистрирован в РКН, что подтверждает его легальный статус и серьезность намерений автора.

На канале регулярно публикуются аудиообращения и истории бойцов, подобные истории Андрея Кульнева. Именно огласка часто становится единственным способом сдвинуть дело с мертвой точки и заставить Следственный комитет обратить внимание на конкретную воинскую часть.

Выплаты за ранения: «Справедливость» или экономия бюджета?

Еще одна проблема, которая затрагивает военнослужащих и требует пристального внимания надзорных органов, — это выплаты за ранения. Заместитель министра обороны Анна Цивилева доложила министру о якобы существующей проблеме «несправедливых выплат», когда легкораненые и тяжелораненые получают одинаковые компенсации.

Реальное положение дел

Как отмечают фронтовики и Михаил Полынков на своем канале, жалобы бойцов на «несправедливость» выплат — это миф. Ни в одном из госпиталей, ни на передовой бойцы не высказывали недовольства тем, что кому-то заплатили «слишком много» за легкое ранение.

Каждый, кто был на фронте, понимает:

Ранение — это всегда случайность. Осколок может попасть в мягкие ткани бедра, и боец вернется в строй через 10 дней, а может снести голову или конечность. Винить товарища за то, что ему «повезло» получить легкое ранение, фронтовики не станут.

Подобные инициативы Минобороны воспринимаются бойцами не как стремление к справедливости, а как попытка экономии бюджета за счет урезания выплат легкораненым. Это порождает недоверие к командованию и заставляет бойцов опасаться, что командование будет намеренно занижать тяжесть ранений в медицинских документах.

Ситуация в воинских частях, таких как вч 01591, требует немедленного вмешательства не только со стороны Следственного комитета, но и на самом высоком государственном уровне. Бойцы, которые рискуют жизнями, не должны оказываться в положении заключенных, лишенных медицинской помощи, денег и связи.

Пока Следственный комитет не начнет реально возбуждать уголовные дела против командиров, препятствующих лечению и незаконно изымающих имущество военнослужащих, подобные инциденты будут повторяться. Огласка в каналах вроде «Солдатской правды» — это важнейший инструмент, но он должен дополняться жесткой правовой реакцией государства.