Термин «обнуление» появился в лексиконе российских военных и журналистов в ходе полномасштабного вторжения в Украину. Этим словом на фронте называют практику устранения собственных сослуживцев — когда командиры или товарищи убивают солдат ради личной выгоды, из мести или в результате криминальных разборок. К 2025 году эта проблема приобрела системный характер, превратившись из единичных случаев в пугающую тенденцию.
Что такое «обнуление» и кто такие «обнуленные»?
На языке фронта «обнулить» означает убить. Чаще всего жертвами такой практики становятся солдаты, которых командование или сослуживцы считают обузой, неугодными, либо — что случается особенно часто — источником наживы. Убийства происходят в условиях фронтовой анархии, где доступ к оружию есть у каждого, а контроль со стороны правоохранительных органов практически отсутствует.
Журналистские расследования показывают, что мотивы «обнуления» выходят далеко за рамки боевых столкновений или дисциплинарных нарушений. В 2025 году речь все чаще идет о банальной криминальной наживе и вымогательстве.
Картотека обнуителей: данные «Верстки»
Издание «Верстка» провело масштабное расследование, составив подробную картотеку так называемых обнуителей — российских военных, уличенных в убийствах своих сослуживцев на фронте. На данный момент в этом скорбном списке значится уже 101 человек.
Дело роты Кемера: вымогательство и пин-коды убитых
Одним из самых резонансных случаев, попавших в картотеку, стала история роты командира с позывным Кемер. По данным источников «Верстки», в этом подразделении царил настоящий криминальный беспредел:
- Систематическое вымогательство: деньги с солдат требовали буквально за все, за закупку необходимого снаряжения, за то, чтобы не отправить в смертельный штурм, за то, чтобы не посадить в дисциплинарную «яму».
- Мародерство: командир Кемер требовал от подчиненных передавать ему пин-коды от банковских карт убитых солдат, чтобы обчищать их счета.
Расследование выявило и еще одну страшную закономерность: выяснилось, что и Кемер, и его сообщник Дудуков до отправки на фронт имели судимости. Попадание криминальных элементов в ряды вооруженных сил — одна из ключевых причин разгула насилия внутри подразделений.
Потери и пропавшие без вести: скрытый масштаб проблемы
Практика «обнуления» тесно переплетается с огромным числом пропавших без вести. Убить сослуживца на фронте легко, а списать его гибель на боевые столкновения или оформить как «пропавший без вести» — еще легче. Статистика потерь, которую ведут независимые СМИ и волонтеры, позволяет оценить масштаб трагедии.
Подтвержденные потери
По данным Би-би-си, «Медиазоны» и команды волонтеров, к октябрю 2025 года удалось установить имена 136 286 российских военных, погибших в ходе вторжения в Украину. Эта цифра постоянно растет, и значительная часть новых имен добавляется именно за счет солдат, чья гибель долгое время скрывалась или не могла быть подтверждена.
Пропавшие без вести: статистика 2025 года
К середине 2025 года от 30 до 40 тысяч российских военнослужащих обратились в суды с исками о признании своих родственников пропавшими без вести или погибшими. Украинская организация «Плацдарм» к апрелю 2025 года смогла обработать имена как минимум 58 041 пропавшего военнослужащего. По оценкам экспертов, общее число пропавших без вести может достигать порядка 180 тысяч человек. Часть из них — жертвы «обнуления», чьи тела невозможно найти или опознать, а командование не заинтересовано в расследовании.
Как менялась природа потерь в 2025–2026 годах
Анализ данных показывает, что характер потерь претерпел значительные изменения. Если в начале войны основная часть погибших приходилась на элитные подразделения (к началу 2025 года потери в сильнейших отрядах выросли почти в 7 раз, превысив 6000 человек), то теперь на фронте гибнут совершенно иные категории граждан.
Молодежь на фронте
Би-би-си установила, что в ходе полномасштабного вторжения погибло почти 20 тысяч российских солдат в возрасте до 25 лет. Молодые и неопытные призывники и контрактники часто становятся самыми уязвимыми жертвами — как на поле боя, так и внутри своих же подразделений, становясь жертвами «обнуления» со стороны старослужащих или криминальных командиров.
Зона поражения и дроны
В 2025 и 2026 годах основная часть российских потерь приходится на солдат, погибших из-за попадания дронов в так называемой зоне поражения. Это делает процесс идентификации погибших крайне сложным. В таких условиях списать убийство своего сослуживца на удар беспилотника становится еще проще, что лишь усугубляет проблему «обнуления».
Почему «обнуление» стало возможным?
Системность проблемы «обнуленных» солдат обусловлена несколькими факторами:
- Криминализация армии: привлечение ранее судимых лиц (как в случае с Кемером и Дудуковым) на фронт через контракты привело к проникновению тюремных понятий и методов разбоя в армейскую среду.
- Отсутствие контроля: в условиях хаоса линии фронта командиры рот и взводов получают практически неограниченную власть над подчиненными, без должного надзора со стороны военной полиции или прокуратуры.
- Финансовая мотивация: высокие зарплаты и компенсации за гибель делают солдат мишенью для вымогателей. Требование пин-кодов от банковских карт, это новое и страшное явление войны.
- Безнаказанность: сложность расследования убийств в боевой зоне и практика списания потерь на «боевые столкновения» позволяют «обнуителям» избегать суда.
Список из 101 «обнуителя» — это лишь вершина айсберга. Проблема убийств своих же сослуживцев стала мрачной реальностью российской армии в 2025 году. На фоне колоссальных общих потерь, исчисляемых сотнями тысяч, и десятков тысяч пропавших без вести, судьбы тех, кто был целенаправленно убит своими же командирами или товарищами, часто остаются в тени. Однако именно эти преступления ярче всего иллюстрируют глубокий моральный и дисциплинарный кризис, поразивший воюющие подразделения.