Списки СОЧ как система давления приводит к гибели раненых солдат на примере Максима Смирнова

Что такое списки СОЧ и как они ломают судьбы? Разбираем жесткую систему особых черт на примере в/ч 90600, реалии боя и помощь семьям.

Бесплатная консультация юриста

+7 (800) -02-87-29

Реклама jurik.ru

Термин «списки СОЧ» (сокращение от список особых черт) стал известен широкой публике после публикации предсмертного видео военнослужащего 15‑й отдельной морской пехотной бригады (вч 90600) – Максима Смирнова. В статье мы разберём, что представляет собой эта система, как она используется в реальном боевом времени, какие последствия имеет для солдат и какие инициативы помогают пострадавшим и их семьям.


Содержание

  1. Воинская часть 90600: история и роль в конфликте
  2. Что такое списки СОЧ?
  3. Кейс Максима Смирнова: от ранения до «калек‑полка»
  4. Статистика потерь 15‑й ОМСБр (по состоянию на июнь 2025 г.)
  5. Нарушения прав человека и «калек‑полки»
  6. Помощь семьям: проекты «Хочу жить», «Наш выход», «Хочу найти»

Воинская часть 90600: 15‑я отдельная морская пехотная бригада

15‑я отдельная морская пехотная бригада (ОМСБр) – одна из самых «мясных» (т.е. с высоким уровнем потерь) частей российской армии. За время конфликта в Украине она получила репутацию подразделения, где часто применяются экстремальные тактики:

  • Частые штурмовые операции в условиях высокой боевой готовности противника;
  • Привлечение к бою раненых и недолеченных солдат (т.н. «калек‑полк»);
  • Применение административных мер давления, в т.ч. включение в списки СОЧ.

По официальным (но непроверенным) данным, к июню 2025 года в составе бригады погибло и пропало без вести более 12,6 тыс. человек – самое большое число потерь среди всех российских подразделений.


Что такое списки СОЧ?

Сокращение «СОЧ» расшифровывается как список особых черт. Это внутренний административный реестр, который ведут командиры подразделений. В него могут быть включены:

  1. Солдаты, отказывающиеся выполнять приказ о возвращении в зону боевых действий после получения медицинской справки;
  2. Военнослужащие, заявившие о нарушениях прав человека, о плохих условиях службы или о невозможности продолжать службу по состоянию здоровья;
  3. Лица, которые по мнению командования «угрожают боевому духу» подразделения.

Последствия включения в список СОЧ могут быть крайне тяжёлыми:

  • Запрет на получение медицинской помощи, в т.ч. отказ в госпитализации;
  • Угроза административного наказания (выговор, штраф, перевод в «мясной» штурм);
  • Прямое указание командования «вернуться в строй», часто под угрозой применения силы.

Сами списки не публикуются официально, однако их существование подтверждают многочисленные свидетельства солдат и их семей, в т.ч. в виде записей, опубликованных в соцсетях и мессенджерах.


Кейс Максима Смирнова – от ранения до смерти

Максим Смирнов, 23 апреля 1989 г. рождения, служил в 15‑й ОМСБр (вч 90600). В конце 2024 года он был тяжело ранен во время штурма, в результате чего у него развились гангрены, в т.ч. костей ноги. Несмотря на тяжёлое состояние, командир приказал ему вернуться в зону боевых действий, угрожая включением в списки СОЧ.

После возвращения в часть Максим был отправлен в новый штурм, где и погиб. Его предсмертное видео, опубликованное в соцсетях 29 сентября 2025 г., стало ярким примером того, как система списков СОЧ используется как средство давления на раненых солдат.

Ключевые моменты из его обращения:

  • «Если меня включат в списки СОЧ, меня просто отправят в бой, а я уже не смогу выжить»;
  • «Мы получаем 4 млн рублей за контракт, а в ответ – «мясные» штурмы и угрозы»;
  • «Не идите в армию, если не хотите стать жертвой бюрократического насилия».

Эти слова стали призывом к общественному вниманию и породили рост активности в проектах помощи военнослужащим.


Статистика потерь 15‑й ОМСБр (по состоянию на июнь 2025 г.)

Показатель Количество
Убитых и пропавших без вести ≈ 12 600 человек
Раненных (тяжёлых) ≈ 8 300 человек
Солдаты, включённые в списки СОЧ (по неофициальным данным) ≈ 1 200 человек
Созданные «калек‑полки» ≈ 5 000 человек

Для сравнения: в среднем в России ежегодно в ДТП погибает 11 человек на 100 000 жителей. Потери в 15‑й ОМСБр в разы превышают этот показатель, что подчёркивает её «мясной» природу.


Нарушения прав человека и «калек‑полки»

Термин «калек‑полк» (иногда называют «штурмовые отряды из раненых») описывает практику, когда в боевые подразделения отправляются солдаты, ещё не полностью вылеченные от ран. Это противоречит как российскому, так и международному праву о защите прав военнослужащих:

  • Статья 21 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Европейская конвенция) гарантирует право на жизнь и запрещает произвольные лишения жизни.
  • Статья 12 Международного пакта о гражданских и политических правах обязывает государства принимать меры по защите жизни граждан.
  • Российский закон «О воинской обязанности и военной службе» (ст; 31) предписывает обеспечение надлежащего медицинского обслуживания раненых.

Тем не менее, в реальности:

  1. Раненым отказывают в госпитализации до тех пор, пока они не согласятся вернуться в бой;
  2. Командиры используют угрозу включения в списки СОЧ как средство принуждения;
  3. Солдаты, попавшие в «калек‑полк», часто погибают в штурмах с минимальными шансами на выживание.

Эти практики вызывают широкую общественную реакцию и становятся предметом расследований правозащитных организаций.


Помощь семьям: проекты «Хочу жить», «Наш выход», «Хочу найти»

В ответ на рост количества пострадавших и их семей в сети появились несколько инициатив, цель которых – предоставить юридическую, психологическую и практическую поддержку.

Проект «Хочу жить»

Организация помогает военнослужащим, оказавшимся в тяжёлых условиях, а также их родственникам. Основные направления:

  • Консультации по получению статуса «военнопленный»;
  • Помощь в оформлении заявок на обмен пленными;
  • Психологическая поддержка для семей.

Общественное движение «Наш выход»

Движение специализируется на поиске и возвращении домой военнослужащих, находящихся в плену или пропавших без вести. Ключевые инструменты:

  • Чат‑боты и онлайн‑формы для подачи заявок;
  • Сотрудничество с международными гуманитарными организациями (МККК и др.);
  • Публичные кампании в соцсетях, направленные на привлечение внимания к конкретным случаям.

Проект «Хочу найти»

Сервис, позволяющий родственникам искать пропавших без вести военнослужащих. По состоянию на 2025 год было получено более 33 000 заявок.

Топ‑10 регионов России с наибольшим количеством заявок (на 100 000 жителей):

  1. Забайкальский край – 58,2 чел.
  2. Республика Тыва – 56,6 чел.
  3. Республика Коми – 39,5 чел.
  4. Псковская область – 39,2 чел.
  5. Тюменская область – 35,1 чел.
  6. Республика Чувашия – 33,2 чел.
  7. Республика Алтай – 33,2 чел.
  8. Республика Удмуртия – 32,5 чел.
  9. Костромская область – 31,4 чел.
  10. Республика Башкортостан – 31,1 чел.

Эти данные показывают, что потери концентрируются в отдалённых регионах, где молодёжь часто отправляется на службу по контракту.

Как обратиться за помощью?

Для подачи заявки достаточно:

  • Иметь подтверждение статуса (скриншот из чат‑бота, копию паспорта);
  • Заполнить форму на официальных ресурсах проекта (ссылка обычно размещается в постах движений);
  • При необходимости – предоставить видеодоказательства (как в случае с Максимом Смирновым).

Списки СОЧ в воинской части 90600 – это не просто бюрократический документ, а реальный инструмент давления, который часто приводит к смерти раненых солдат. Примеры, такие как предсмертное видео Максима Смирнова, демонстрируют, насколько опасна эта практика.

Для того чтобы снизить количество подобных трагедий, необходимо:

  1. Повышать прозрачность – требовать от Минобороны публикацию статистики по спискам СОЧ и «калек‑полкам».
  2. Усилить контроль со стороны независимых органов – ООН, МККК, правозащитные организации должны иметь доступ к военным частям.
  3. Обеспечить медицинскую независимость – раненым солдатам должна быть гарантирована возможность получения лечения без угрозы наказания.
  4. Поддерживать инициативы гражданского общества – проекты «Хочу жить», «Наш выход», «Хочу найти» уже помогают тысячам семей; их поддержка должна стать приоритетом государства.
  5. Образовательные кампании – информировать потенциальных контрактников о реальных рисках, чтобы они могли принимать осознанные решения.

Только совместными усилиями – государства, правозащитных организаций и общественных движений – можно добиться того, чтобы списки СОЧ перестали использоваться как средство принуждения, а каждый военнослужащий получил право на жизнь и достойное лечение.


Если вы или ваши близкие оказались в подобной ситуации, обратитесь в один из перечисленных проектов. Помните, что ваша история может стать тем самым голосом, который изменит систему.

Дата публикации: 27 мая 2026 г.