Авария на Чернобыльской атомной электростанции, произошедшая 26 апреля 1986 года, стала не только глобальной техногенной катастрофой, но и тяжелейшим испытанием для тысяч людей, брошенных на ликвидацию ее последствий. Среди множества воинских подразделений, выполнявших невиданную по сложности и опасности работу, особое место занимает воинская часть 20040 — 27-й полк радиационно-химической защиты Среднеазиатского военного округа. В этой статье мы подробно рассмотрим историю этого подразделения, задачи, которые ему приходилось решать, и судьбы людей, служивших в его рядах.

Формирование и состав полка

Воинская часть 20040 представляла собой развернутый полк численностью почти 1000 человек. Это подразделение было уникальным по своему национальному составу: оно формировалось из военнообязанных и резервистов, призванных из республик Средней Азии — Казахстана, Кыргызстана и Таджикистана. Именно поэтому за ним закрепилось неофициальное название «центральноазиатский полк».

Многие из тех, кто попал в эту часть, были мобилизованы прямо с рабочих мест. Так, будущий глава Бишкекской станции скорой медицинской помощи Искендер Шаяхметов, на тот момент 26-летний врач скорой помощи, был призван на спецсборы без предупреждения. В течение дня ему выдали солдатскую форму — кирзовые сапоги и бушлат, и уже на следующий день он оказался в расположении части. До самого последнего момента ликвидаторы не знали, куда их отправляют: информация была секретной, и о цели командировки бойцы узнали только на плацу перед вылетом через Алматы.

Расположение и задачи в/ч 20040

Полк базировался в Гомельской области Белорусской ССР, на опушке леса возле села Новоселки. Как отмечают очевидцы, несмотря на устоявшееся мнение о том, что больше всего пострадала Украина, белорусская территория приняла на себя колоссальный удар, радиоактивное облако понесло ветром на север со стороны ЧАЭС.

Дозиметрический контроль и зачистка

Личный состав в/ч 20040 выполнял критически важные задачи по дезактивации и радиационной разведке:

• Сбор радиоактивного мусора: бойцы собирали зараженные обломки и мусор в специальные контейнеры, которые затем вывозились на могильники, расположенные в 12 километрах от станции.
• Дозиметрический контроль: врачи-дозиметристы первыми заходили в опасную зону, замеряли уровень радиации с помощью приборов ДП-5Б и составляли карты заражения. Только после этого в зону заходили солдаты-ликвидаторы для уборки, а затем дозиметристы проводили контрольную проверку.
• Дезактивация техники: личный состав полка (включая мобилизованных из Кыргызстана, таких как Николай Мариненко) занимался очисткой зараженной техники.
• Работа на ключевых объектах: ликвидаторы из 27-го полка работали на зачистке третьего энергоблока, а также на ОРУ-750 (открытом распределительном устройстве 750 кВ), находившемся прямо под разрушенным четвертым блоком. Условя были экстремальными: 15 минут работы на ОРУ равнялись суточной дозе облучения.

Быт и смертельная опасность

Жизнь в 30-километровой зоне отчуждения была пропитана постоянным страхом и невидимой угрозой. Радиация не имела запаха и цвета, но давала о себе знать. Искендер Шаяхметов вспоминал случай, когда солдат-дозиметрист проверил его постель, и прибор зашкалило — постельное белье накопило смертельный уровень радиации, который не спасало даже стирка и глажка.

Неотъемлемой частью жизни было пощелкивание дозиметров ДП-5Б, которое иногда превращалось в оглушительный свист, если ликвидатор подходил к участку, где лежал радиоактивный графит. Дважды врачи-дозиметристы получали критические дозы облучения: во рту появлялся металлический привкус, а затем начиналась неудержимая рвота и сильнейшие головные боли. За 24 дня пребывания в 30-километровой зоне специалисты получали 10-летнюю норму облучения.

Несмотря на жесточайший контроль, человеческий фактор давал о себе знать. Однажды врач застал солдат, которые наловили рыбу в канале и варили уху. Донная рыба, плавающая в тине, впитывала максимальное количество радиоактивного осадка, но измученные однообразной консервированной едой бойцы отмахивались: «Ладно, док, не пугай, один черт».

Подвиг «белых аистов»

Особо трагичный след в памяти ликвидаторов оставили вольнонаемные рабочие, которых называли «белыми аистами» — из-за белых защитных костюмов, в которых они работали. Они выполняли самую страшную работу: поднимались на крыши реактора, где проводили от одной до двух минут, получая за это время суточную дозу радиации. Встреча на чернобыльской почте с парнем из Таласа, которому оставалось всего «три ходки» на крышу, навсегда врезалась в память: землистый цвет лица и абсолютно потухшие глаза этого человека красноречивее любых слов говорили о цене ликвидации аварии.

Медицинские последствия и память

Ежедневно после работы весь личный состав проходил строгую санобработку: одежду отправляли в дезокамеры, люди тщательно мылись. В части постоянно вели прием три врача. На батальон из 360 человек приходилось работать как в полноценной поликлинике: давление, сердечные боли, аллергия. Вся медицинская документация строго отправлялась в Военно-медицинскую академию имени С.М. Кирова в Ленинград и по месту призыва в военкомат.

Спустя годы последствия дали о себе знать. Из 25 кыргызстанцев, призванных в один из потоков, в живых осталось лишь 18, и многие из них имеют статус инвалидов 1 и 2 группы. Наиболее распространенные заболевания ликвидаторов в/ч 20040:

1. Поражение щитовидной железы: именно этот орган-мишень страдает в первую очередь (у многих развился зоб).
2. Заболевания опорно-двигательного аппарата: артриты различного генеза.
3. Сердечно-сосудистые патологии: перепады давления, болезни сердца.
4. Кожные заболевания и обострение хронических болезней.

Воинская часть 20040 стала символом мужества и самопожертвования выходцев из Центральной Азии. Ликвидаторы, прошедшие через ад Чернобыльской АЭС, проверили себя не только как специалисты, но и как люди. Экстремальные условия стерли любую трусость и дележку, сплотив бойцов на всю жизнь. Бывшие сослуживцы 27-го полка химзащиты до сих пор встречаются 23 февраля и 26 апреля, свято храня память о тех, кто ценой своего здоровья, а зачастую и жизни, остановил смертоносное распространение радиации.